Миша, ты хороший, добрый, милый. Но, понимаешь. Я не смогу с тобой быть.

101

Проверка

— Миша, ты хороший, добрый, милый… Но, понимаешь… Я не смогу с тобой быть.

— Почему?

— Ну, пойми. Я молода, красива. У меня большие планы на жизнь. Мне нужен мужчина, который сможет меня обеспечить. А что можешь мне дать ты? Жить в коммуналке с твоими родителями и парализованной бабушкой?

— Ну, мне же обещали на работе отдельную комнату в общежитии.

— Еще лучше. Я 18 лет прожила в «однушке» с матерью – прачкой, отцом алкоголиком и дебильным братом. Я не хочу больше жить в муравейнике. Я хочу отдельный дом, машину…

— Но у меня же есть машина!

— Миша, 20-летний «жигуль» – это не машина. Это телега!

— Зачем ты так со мной, Ира? Ведь ты же говорила, что я тебе нравлюсь. Я подумал, что…

— Что ты подумал? Ты посмотри на себя! Не ужели ты подумал, что я свяжу свою жизнь с таким как ты? Ни жилья, ни денег, не перспективы…

— Ира!!!

— Что Ира!? Все, с меня хватит. Я не хочу больше тебя слышать, как ты жалуешься на свою нищету. Прощай, и не звони мне. И вот еще что… Возьми свое колечко, подаришь его какой ни будь другой дуре. Или лучше продай. А то, наверное, всю зарплату потратил на это убожество.

— Ирина, подожди…

— Да пошел ты…

В темноте послышался звонкий шлепок пощечины и гулкий цокот убегающих в ночь каблучков.

Из тени, на свет фонаря, вышел одинокий, сгорбленный мужской силуэт. Облокотившись на фонарный столб, парень задумчиво потер ушибленную щеку, затем посмотрел на свою ладонь, в которой тускло поблескивало узенькое золотое колечко. Размахнувшись, он швырнул его в кусты и достал сигарету.

За его спиной, неожиданно послышалось еле уловимое движение, и темная рука протянула ему зажженную зажигалку.

— Ну что, Михаил Сергеевич. Опять?

— Да Петро, опять!

Тот, кто недавно выглядел жалким, не уверенным в себе доходягой, вдруг выпрямился и расправил плечи. В его голосе почувствовалась железная воля знающего себе цену человека, наделенного огромной силой и властью.

— Да Петро, опять! Надоело все, хуже горькой редьки. Эта уже третья. Ты понимаешь, Петро? Меня! И я, который раз убеждаюсь, что как человек я им не интересен. Особенно такой, каким я претворяюсь… Если бы они только знали, кто я на самом деле!

— Михаил Сергеевич, но зачем вам это нужно? Ведь вам достаточно только щелкнуть пальцем, и любая девушка – Ваша! А Вы как мальчишка, ей-богу… Все вам любовь подавай!

— Нет Петро, ты не прав. Я хочу, что бы девушка полюбила меня, а не мои деньги! Вот Ирине, я уже был готов открыться. Ей нужно было, потерпеть, всего лишь пару дней, и она бы все узнала…

— Ладно, Петро. Сейчас отвезешь меня в загородный дом, а на завтра, скажешь пилоту, что бы готовил самолет к 11-ти часам. Я улетаю в Швейцарию кататься на лыжах.

— А что делать с Ириной?

— Отправь ей подарок, пусть порадуется.

На следующее утро, в квартире Ирины раздался звонок, и юркий мальчишка вручил ей бумажный пакет, в котором она нашла журнал «Forbes». На обложке журнала, на нее смотрел улыбающийся Михаил, на фоне собственной трехэтажной яхты…

Источник